The following article appeared in the bulletin from the Saint Elizabeth Convent in Minsk and illustrates perfectly how the Orthodox Church prepares the Prosfora / bread for Holy Communion.

About the Particles Taken out During the Proskomedia





“And there will be one flock and one shepherd” (John 10:16).


From the beginning of the Christian Church  theHoly  Liturgy was served with one Bread (and one Chalice) following Christ’s example. This tradition remained in the West. In the East, according to Archimandrite Cyprian (Kern), “The Byzantine Empire weaved a lot of theological and mystical patterns in the liturgical cloth”. In particular the best bread was chosen for  The Lamb, while small particles were taken out from all the other breads and placed on the diskos near The Lamb in memory of those who had brought those breads (such liturgical tradition exists since 11th century; before that time all the other breads were just raised with pronunciation of the names of people who brought them).

These small particles symbolize our gifts and sacrifices to God, and first of all the sacrifices of the holy martyrs, who fully sacrificed themselves to Christ. These particles are next to the most perfect Sacrifice and thus they become blessed, just as the sacrifices of saints are blessed by Christ, although they do not become the Body of Christ. The saints’ sacrifices are not equal to the Sacrifice of Christ and are imperfect in comparison with His Sacrifice. Even the service of the Most Holy Mother of God, who is more honorable than the Cherubim, and beyond compare more glorious than the Seraphim, cannot be compared with the sacrifice of Christ. Only Christ died willingly (and this is why His death is redemptive for us), while the Mother of God and the saints and martyrs died because of their nature. The saints are glorified not because of their essence, but due to God’s grace. Christ is the only One, Who is God by His essence. This is why it is forbidden to partake of the Holy Communion with those particles which honor the saints, because they are not equal to the Body of Christ. The rite reflects dogma and it has always been this way.



An opposite statement saying that these particles turn into the Body of Christ is officially confessed by the Uniates since 1720. However, it is nothing more than the reflection of the Roman Catholic dogma, which denies the uncreated nature of the Divine energies, in accordance with Barlaam of Seminara, a scholar and academic. According to the Roman Catholic teachings, the saints united with God through the flesh, which means that no direct union with God occurs. Consequently, no salvation occurs as well. Otherwise, it is necessary to accept that the saints unite with God by their nature, which is an example of pagan polytheism. Paradoxically, however, the impossibility of direct union with God and the union with God by nature are the same things from the philosophical viewpoint. In fact, platonism, with its radical division between material and spirit (dualism) and their eternity, and neoplatonism combined with aristotelianism and its emanation of deity, are equal and accept the same substance of being. This substance is deity-cosmos-body, beginning with the thin heavenly level and ending with heavy terrestrial level (this leads to dissolving the border between the Creator and the creation, to depersonalization of God and to denying the fact of creation out of nothing).


Thus, there is only one choice: either to accept that these particles do not receive any blessing at all (why are they needed then? – actually, there are none in the Latin rite), or to accept that all these particles turn into the Body of Christ. Ancient pagan platonism – that is what is behind the unjust belief in transubstantiation of the proskomedia particles.


We partake of the Holy Communion from the single Sacrifice of Christ, not from the sacrifices of saints. We become of one blood and body with Christ and then we become one body – the Church of Christ, which is built on the blood of the holy martyrs, which emulates the Golgotha Sacrifice. Nevertheless, there is only one foundation, which is Jesus Christ Himself (1 Corinthians 3:11). We cannot partake of the Holy Communion from the blood of saints. We can only ask them to pray for us before God. This is what the dogmatic teaching of the Church says about the communion with saints. The particles become blessed but they do not become the Body of Christ. It symbolizes that the sheep partake of the Holy Communion from the One Shepherd, but not from each other. “For we, though many, are one bread and one body; for we all partake of that one bread” (1 Corinthians 10:17).





To provide an example we can mention the raising of prosphora blessed in the name of the Mother of God during the rite of Panhagia. The prosphora is blessed, but it does not become  the Body of Christ, nor into the body of the Mother of God.  Those who partake of it receive blessing by the prayers of the Mother of God, but of course this is not considered to be the Holy Communion.


So, the particles taken out during the proskomedia for all the members of the Church are placed on the diskos and are blessed during the Liturgy. This blessing spreads on us all too, because the diskos and the particles on it are nothing else but the image of the whole Church. “But let us see, how can we see Jesus Christ Himself and His Holy Church in this Divine image and the actions of the holy proskomedia. He is in the center under the guise of bread. The Mother of God is at the right hand of Christ under the guise of a particle. The saints and angels are at His left hand. All the pious believers who have faith in Christ are placed below. There is a great mystery: God among people and God among saints, which received their divinity from God. Here we can also see the Kingdom and how eternal life is organized: God is near us and He lets us be a part of Him…”


Not only the particles are blessed, but also the prosphora from which these particles have been taken. This is done so that faithful people partake of them and receive blessing as well. In ancient times, antidoron was taken by those people, who did not partake of the Holy Communion during the Divine Liturgy.


The whole Divine Liturgy is full of deep theological symbolism and includes all the mysteries of the Divine economy of our salvation, so that the children of the Church receive the Divine knowledge in following Christ’s commandment to do this in remembrance of Him (Luke 22:19).


An article by Archpriest Igor Belov



Протоиерей Игорь Белов

Св. Агнец на дискосе. Рядом частицы из других просфор


«И будет едино стадо и един Пастырь» (Ин. 10: 16).

В древности с апостольских времен Литургию всегда служили на одном Хлебе (и одной Чаше), как совершил сам Господь[1]. На Западе так оно и сохранялось. На Востоке же, в дальнейшем, по выражению архимандрита Киприана (Керна), «Византия вплела в литургическую ткань много богословских и мистических узоров»[2]. В частности, при выборе в качестве Агнца лучшего из нескольких принесенных хлебов, из оставшихся стали вынимать частички в память о принесших и полагать их на дискосе рядом с Агнцем (таковая литургическая практика фиксируется примерно с XI века, до этого времени оставшиеся хлебы просто возносились с произнесением имени принесшего[3]). Эти частички в свою очередь символизируют наши дары и жертвы Богу[4], в первую очередь жертвы святых мучеников, спострадавших Христу и «всецело принесших себя в жертву Богу»[5]. Эти частицы, находясь рядом на одном дискосе с самой совершенной Жертвой, освящаются от нее, как освящаются и жертвы святых от Христа, но не пресуществляются в Тело Христово, так как жертвы святых не тождественны Жертве Христа и, по сравнению с ней, несовершенны. Даже жертвенное служение Пресвятой Богородицы, Честнейшей и Славнейшей Херувимов и Серафимов, не может сравниться с Жертвой Христа. Только один Христос умер добровольно (поэтому Его смерть и имеет для нас искупительное значение), а Богородица, как и святые мученики, и все святые, умерли в силу естества. И святые становятся богами не по существу, а по благодати. По существу же, Бог – только Христос. Поэтому и запрещено причащаться частичками в честь святых, как не пресуществленными в Тело Христово[6]. Обряд отражает догматику, так было всегда.

Утверждение униатов, что якобы эти частички пресуществляются в Тело Христово, есть отражение католической догматики

Обратное же утверждение, что якобы эти частички пресуществляются в Тело Христово, которое официально исповедуется у униатов с Замостского собора 1720 года, есть ничто иное, как отражение католической догматики, отрицающей нетварность Божественных энергий, в соответствии с учением философа-платоника Варлаама Калабрийского. Согласно католическому вероучению, святые соединяются с Богом посредством твари, то есть, по сути, никакого непосредственного соединения с Богом не происходит, а, следовательно, не происходит и спасения. Или же требуется признать соединение святых с Богом по существу, что будет несомненно являться грубым языческим политеизмом. Но, как ни парадоксально, на самом деле невозможность непосредственного соединения с Богом и соединение с Богом по существу – философски одно и тоже. Платонизм, с его радикальным разделением матери и духа (дуализм) и вечностью обоих, и синтезированный с аристотелизмом неоплатонизм, с его эманацией божества, – по сути дела тождественны и исповедуют одну единую субстанцию бытия – божество-космос-тело, начиная с тонкого небесного и заканчивая тяжелым земным (отсюда выходит размывание четкой границы между Творцом и тварью, обезличивание Бога и отрицание акта творения из ничего).

Поэтому выбор остается один: или признать эти частицы совершено не принимающими никакого освящения (тогда для чего они вообще нужны? – в латинском обряде их собственно и нет), или признать их пресуществляющимися в Тело Христово. Вот что стоит за неправой верой в пресуществление проскомидийных частиц – древний языческий платонизм! Не случайно А. Ф. Лосев называл католицизм платонизмом в христианстве[7].



Частицы эти освящаются, но не пресуществляются в Тело Христово

Причащаемся мы от единой Жертвы Христа, а не от жертв святых. Хотя мы все и становимся сотелесными и единокровными Ему (каждый в меру своего личного христианского совершенствования[8]) и становимся единым Телом с Ним – Церковью Христовою, которая в свою очередь сама созидается жертвенной кровью мучеников, как бы в подражание Голгофской Жертве, но основание имеем только одно – Иисуса Христа (См. 1 Кор, 3: 11), и не можем причаститься от святых, а можем лишь просить их молитвенного ходатайства о нас пред Богом. В этом заключается догматическое учение Церкви об общении святых[9]. «Однако частицы не прелагаются ни в Тело Владычне, ни в телеса святых, но суть только дары, приношения и жертвы из хлеба, по подражанию Владыке, и приносятся Ему во имя их, а при священнодействии Тайн через соединение и приобщение (Тайнам) освящаются и низводят освящение на тех, за кого они (приносятся), а чрез частицы за святых – на нас, подобно тому как это бывает и чрез молитвы, когда мы вспоминаем их или, когда приносим что-либо в храмы, к мощам их или иконам. Ибо сами они непосредственно приемлют освящение от Бога, а принимая (приношения) от нас, чрез них освящают нас. Итак, если в других (случаях) они могут принимать приношение в честь и память свою, то тем более они примут его во время священнейшей Жертвы»[10]. То есть частицы эти освящаются, но не пресуществляются в Тело Христово. Это отражает в свою очередь то, что причащаются овцы Христовы только от Единого Пастыря, а не друг от друга. «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10: 17)

Причащаемся мы от единой Жертвы Христа, а не от жертв святых

Подобный пример – возношение Богородичной просфоры в «чине о Панагии». Просфораосвящается, но не претворяется ни в Тело Христово, ни в тело Богородицы. Вкушающие от нее освящаются по молитвам Богородицы, но, разумеется, причащением это не является.

Итак, частицы, вынутые на проскомидии за всех членов Церкви, полагаются на дискосе и освящаются во время Литургии, а в силу прообраза это освящение переходит и на нас, так как дискос, с расположенными на нем частицами, есть ничто иное, как икона всей Церкви. «Но рассмотрим, как мы в сем божественном образе и действиях священной проскомидии узреваем самого Иисуса и всю единую Церковь Его… Сам Он под видом хлеба – посредине, Матерь под видом частицы – одесную, святые и ангелы – ошуюю, в снизу – все благочестивое собрание верующих в Него. Здесь великая тайна: Бог посреди людей и Бог посреди богов, получивших обожение от Бога, истинно воплотившегося ради них по природе. Здесь также грядущее Царство и устроение вечной жизни: Бог с нами узревается и позволяет причаствовать Себе…»[11].

Освящаются не только частицы, но и просфоры, из которых они были вынуты[12], для последующего вкушения и освящения верных. В древности антидор принимался теми, кто не причащался во время Литургии[13].

Вся Божественная литургия наполнена глубочайшим богословским символизмом и содержит в себе все без исключения тайны домостроительства нашего спасения, чтобы чада церковные, молитвенно взирая на них, приобретали божественные познания в исполнении заповеди Христовой творить сие в Его воспоминание (Лк. 22: 19).

Протоиерей Игорь Белов

17 сентября 2014 г.